Содержание

Лесные люди

Орангутаны — единственные человекообразные обезьяны, обитающие в Азии, а живут они только на островах Суматра и Борнео. В переводе с малайского и индонезийского языков «орангутан» означает «лесной человек». Местные жители и правда считали их людьми, которые прячутся в лесах и притворяются немыми, чтобы не работать и не попасть в рабство.

Вместе с другими человекообразными обезьянами (шимпанзе и гориллами) и людьми орангутаны относятся к семейству гоминид (Hominidae). В нем они образуют отдельный род —

Pongo, к которому относятся два вида — суматранский (Pongo abelii) и борнеосский (Pongo pygmaeus) орангутаны. Внешне оба вида очень похожи, но суматранские орангутаны тоньше своих борнеосских собратьев, лица у них длиннее, а шерсть светлее.

95 процентов времени орангутаны проводят на деревьях и являются крупнейшими древесными животными на планете. Надо сказать, они прекрасно приспособлены к такой жизни. Руки у них очень длинные (их размах может достигать двух метров), а большие пальцы рук и ног противопоставляются остальным, так что обезьяна может цепляться за ветки и руками и ногами. Передвигаться по деревьям орангутанам помогают и подвижные плечевые и бедренные суставы. Они, как опытные йоги или цирковые акробаты, могут сесть «на шпагат», цепляясь за соседние ветки или некрупные деревья. На деревьях обезьяны ищут пропитание (не только фрукты, кору и листья, но еще мед, насекомых, а иногда птичьи яйца и даже крупную дичь — медленных лори). По деревьям они передвигаются с места на место, спят в гнездах из веток, и даже чтобы напиться, обезьяны не спускаются вниз, а предпочитают пить воду из дупел или слизывать ее с листьев.

Орангутаны — дневные животные. Они поднимаются с рассветом и пару-тройку часов ищут еду. В течение дневной жары они отдыхают в гнездах из веток, которые устраивают на деревьях, на высоте примерно от четырех до 30 метров (кстати, гнездо они строят за 5–6 минут), а когда жара спадает, снова отправляются за едой. Вечерами они снова строят гнездо и устраиваются в нем на ночлег.


В отличие от других человекообразных обезьян, орангутаны живут поодиночке. Исключения составляют самки с детенышами и подростки, которые предпочитают держаться вместе. Впрочем, и взрослые самки, когда встречаются друг с другом, ведут себя мирно. Другое дело — половозрелые самцы. Они не терпят соперников, и, если встречаются два самца, особенно в присутствии самки, почти всегда начинается драка.

По-видимому, одиночный образ жизни повлиял на долгое взросление и медленное размножение «лесных людей». Подготовить малыша ко взрослой жизни может только мать: смотреть, как ведут себя другие обезьяны, ему негде. Поэтому детеныши остаются с матерью в течение 6–8 лет, это самый долгий период взросления у млекопитающих (за исключением человека). Кроме того, у орангутанов самый длительный среди млекопитающих период между беременностями — в среднем 7–8 лет. С учетом того, что самки рожают первенца в 14–15 лет, а живут орангутаны в дикой природе, по разным данным, до 40 или 50 лет, за всю жизнь самка успевает родить и вырастить 4–5 детенышей. Самцы орангутанов, становясь половозрелыми, обзаводятся длинной шерстью, «щеками» (на самом деле это кожные выросты, напоминающие валики) и горловым мешком, который позволяет им издавать рев, привлекающий самок и отпугивающий соперников.


Орангутаны — одни из самых умных среди приматов. Обезьяны, живущие в дикой природе, делают из веток и листьев орудия, которые весьма изобретательно используют. Так, ветки с большими листьями служат им навесами для защиты от дождя или солнца. Кроме того, ветками они отмахиваются от разозленных пчел или ос, когда разоряют гнезда насекомых. Некоторые орангутаны используют листья, как салфетки и вытирают ими лицо, мокрое от фруктового сока. Листья могут служить «перчаткой», чтобы доставать колючие фрукты. С помощью «губок», сделанных из листьев, они достают воду из древесных дупел. Однажды исследователи увидели, как самка орангутана сделала из веток «мост», чтобы перебраться с одного дерева на другое, а самец чесался заостренной палочкой. Обезьяны используют палки, и чтобы достать еду. Суматранские орангутаны с помощью размочаленной с одного конца ветки выуживали из дупел насекомых или мед, а короткой палочкой открывали плоды с плотной кожурой и доставали из них мякоть.

Для общения орангутаны, по большей части, используют жесты. Исследователи, изучавшие орангутанов, живущих в неволе, обнаружили в их «репертуаре» 64 жеста. С их помощью животные приглашали друг друга поиграть или заняться грумингом (привести в порядок шерсть соседа и поискать там насекомых и кристаллики соли), звали другую особь посмотреть на какой-то объект или взять его, просили поделиться едой или убраться прочь. Впрочем в некоторых ситуациях орангутаны общаются и с помощью звуков: помимо рева, который издают самцы, обезьяны хныкают, когда им больно или они раздражены, или пыхтят, выражая угрозу.

Сейчас оба вида орангутанов находятся на грани исчезновения. И на Борнео, и на Суматре обезьяны обитают фрагментарно, в немногих еще сохранившихся дождевых лесах. Хотя на бумаге орангутаны строго охраняются, местные жители продолжают на них охотиться. К тому же среда обитания «лесных людей» исчезает с пугающей быстротой. В основном леса вырубают люди, им помогают пожары. На месте вырубленных лесов появляются плантации гевеи, из которой делают каучук, и масличной пальмы. Из плодов пальмы получают масло, которое и в Малайзии, и в Индонезии является одной из основных статей экспорта. Поэтому, несмотря на то, что и на Борнео, и на Суматре есть реабилитационные центры, где собирают детенышей, оставшихся без матерей, выращивают их и выпускают обратно в лес, будущее крупнейших древесных обитателей кажется весьма мрачным.


Екатерина Русакова

Екатерина Русакова


Гоминоиды, или человекообразные обезьяны. Гиббоны, орангутаны, гориллы

Научный редактор АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ, к.б.н., доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ им. Ломоносова Достающее звено

Специально для портала «Антропогенез.РУ». 
Авторский проект С.Дробышевского.  Электронная книга даст читателям базовую информацию о том, что известно современной науке о древней родословной человека.

Гоминоиды или человекообразные (Hominoidea; стоит обратить внимание, что при сходстве терминов «человекообразные» и «человекоподобные» в науке они имеют разный смысл: первые являются одним из подразделений вторых) включают гиббонов (

Hylobatidae), понгид (Pongidae: орангутан, горилла, шимпанзе, бонобо или карликовый шимпанзе) и гоминид – человека (Hominidae).

Гоминоиды возникли в ходе третьей радиации приматов и сами в миоцене дали четвёртую радиацию приматов – резкое увеличение разнообразия. Гиббоны и орангутаны населяют Юго-Восточную Азию, гориллы, шимпанзе и бонобо – экваториальную Африку, современный человек – всю планету. Гоминоиды отличаются значительным развитием головного мозга, отсутствием хвоста, защёчных мешков и седалищных мозолей. Все гоминоиды ведут дневной образ жизни. Гиббоны и понгиды растительноядные, шимпанзе иногда охотятся на мелких животных, человек, конечно, всеяден. К человеку анатомически и поведенчески наиболее близки шимпанзе, вероятно, бонобо чуть ближе, чем обыкновенный шимпанзе.

Гиббоны

Белорукий гиббон (Hylobates lar)
Автор фото: Chell Hill
Источник: http://commons.wikimedia.org/

Гиббоны замечательны своим способом локомоции – брахиацией, то есть передвижением только с помощью рук. Гиббон раскачивается на ветке на руках, перебрасывается на другую ветку, а ноги при этом никак не участвуют. Причём скорость быстрой брахиации практически равна скорости полёта птицы. Специализация к брахиации у гиббонов так велика, что они не могут передвигаться по земле на четырёх ногах и при необходимости спуститься на землю ходят на двух, поднимая руки вверх. Самый большой гиббон – сиаманг – отличается срастанием пальцев на руках, отчего образуется крючок, удобный при брахиации; за такое строение рук сиамангов называют ещё симфалангами. У других гиббонов может почти полностью редуцироваться большой палец на руке.

Гиббоны уникальны своими вокальными способностями – они поют по утрам на вершинах деревьев, у некоторых видов – особенно у сиаманга – для этого есть даже увеличенные горловые мешки. Живут гиббоны семейными группами. В отличие от большинства приматов, у некоорых видов гиббонов самцы, самки и детёныши имеют разную окраску.

Орангутаны

Самка орангутана. Суматра.
Источник: http://www.akademifantasia.org/

Орангутаны тоже часто передвигаются с помощью брахиации, но медленно. На большом пальце стопы у орангутанов часто нет ногтя – редукция вследствие адаптации к древесному образу жизни.

Орангутаны иногда используют орудия труда, например, делают из листьев зонтики от дождя, хотя их образ жизни не способствует развитию трудовых навыков.

Социальная структура современных орангутанов сильно нарушена человеком. Раньше, по-видимому, орангутаны были сравнительно социальными животными, но в настоящее время на Калимантане они живут по-одиночке. На Суматре их первоначальный образ жизни сохранился лучше: самец контролирует большую территорию, которая включает участки нескольких самок с детёнышами, хотя пары образуются только на период размножения. Самцы гораздо крупнее самок и отличаются большими горловыми мешками и кожными наростами по бокам головы.

Недавно удалось выяснить, что орангутаны острова Суматра изредка охотятся на небольших животных (см. новость об этом здесь).

Гориллы

Горилла в зоопарке Цинциннати (США).
Автор фото: Kabir Bakie
Источник: http://commons.wikimedia.org/

Гориллы гораздо крупнее и сильнее человека и большинства животных, отчего не имеют в природе врагов, кроме людей и, иногда, леопардов. Вероятно, это привело к уменьшению стимулов к эволюции и развитию интеллекта, хотя потенциально гориллы крайне умны. По земле они передвигаются, как и шимпанзе, на четвереньках с опорой на согнутые фаланги пальцев.

Как и у орангутанов, половой диморфизм – различие самцов и самок – у горилл выражен очень резко: самцы почти вдвое крупнее. Старые доминантные самцы приобретают серебристый цвет спины, они контролируют группу, в которую входит гарем из нескольких самок с детёнышами, а также молодые самцы. Когда эти молодые самцы подрастают, они образуют свою группу, уводя самок у патриархов.

 

7 главных мифов об эволюции: разбор антрополога Станислава Дробышевского

Антрополог Станислав Дробышевский рассказывает, существуют ли высшие и низшие расы, кем людям приходятся неандертальцы и почему древние люди совсем не такие дремучие, какими их часто представляют

Об эксперте: Станислав Дробышевский, доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, ведущий российский специалист по антропогенезу, известный популяризатор науки, автор книг и научных публикаций на тему происхождения человека.

Станислав Дробышевский — топ-7 мифов об эволюции человека

Миф № 1: Ученые доказали, что человек не происходил от обезьяны

Еще Карл Линней 200 лет назад знал, что человек не то чтобы произошел от обезьяны, человек и является обезьяной. То есть человек — это один из представителей отряда приматов и отличается очень небольшим набором признаков.

Одно из таких ярких отличий человека — это отсутствие хвоста. Однако, во-первых, не только человек не имеет хвоста. Шимпанзе, гориллы, орангутанги, гиббоны тоже не имеют хвоста, а у многих обезьян он совсем коротенький. Во-вторых, сейчас ученые вникают в детали, и в 2021 году стало известно, какие гены ответственны за исчезновение хвоста.

Кроме того, становится ясно, почему такая мутация закрепилась. Для стандартного древесного зверя (а наши предки были такими) хвост вообще-то необходим, это балансир для прыжков. Но, например, проконсулы в какой-то момент достигли довольно большого размера и уже не могли прыгать по деревьям, как раньше, к тому же деревья, согласно данным, стали гораздо более редко стоящими — то есть проконсулы на них скорее всего залезали. Таким образом, отбор перестал поддерживать длинный хвост в рабочем состоянии.

Миф № 2: Сведения о древности — выдумки

Согласно этому мифу, данные у ученых действительно есть, но это обрывки информации. Это миф в чистом виде, потому что данные только по неандертальцам без учета кроманьонцев, питекантропов и других — это тысячи и тысячи костей.

По всему миру проходят тысячи раскопок, в России тоже сотни, и это неподъемный объем данных. Для обработки такого массива информации сегодня есть огромное количество новейших методов. Например, благодаря палеопротеомике появилась возможность выделять белки из древних костей. Когда ученые научились это делать, стало понятно, что, например, нижние челюсти из Байшии на Тибете — это тоже денисовец.

Недавно были сделаны томографические исследования костей из Южной Африки, которые показали увеличение древесной адаптации у тех, кто жил на конкретной территории. По ним можно предположить, что именно там древние люди снова осваивали древолазание. Это было связано с локальным причинами, а наши предки в это время жили где-то гораздо севернее, и там древесность в этот момент резко снизилась. Они освоили открытое пространство, соответственно, у них изменились пропорции.

Чтобы получить эту картину, нужно было также найти много скелетов, измерить их и статистически обсчитать.

Миф № 3: Древние люди были дремучими и убогими созданиями

Этот миф восходит к XIX веку, когда нашли первых троглодитов и изображали их этакими обезьяноподобными горбатыми персонажами. На это повлияло то, что один из найденных скелетов принадлежал старику, пораженному артритом, и действительно был сгорбленным.

Однако древние люди не были такими уж горбатыми с того момента, как освоили прямохождение, то есть еще 4 млн лет назад. Ко времени порядка 50 тыс. лет назад древние люди уже рисовали наскальную живопись, вырезали статуэтки и украшали себя, использовали пушнину — мы знаем это, потому что есть скелетики песцов без лапок и хвостов, либо же только лапки и хвосты.

Все это говорит о том, что что люди жили не так уж и убого и не совсем голодали, хотя, конечно, бывали разные периоды.

Миф № 4: Был «золотой век», когда у древних людей все было прекрасно

«Золотого века» для древних людей не существовало: все-таки процветал каннибализм, а максимальный уровень культуры представлял собой шамана с бубном, наскальная живопись древних людей в большинстве случаев все же примитивна. Люди почти постоянно болели, а близкородственные скрещивания приводили к врожденным отклонениям.

Миф № 5: Существуют высшие и низшие расы

В природе нет высших и низших рас. Есть высшесть-низшесть, но в приложении к расам эти категории абсолютно бессмысленны, потому что из антропологии мы знаем, что человеческие расы в более-менее современном состоянии сформировались где-то от 12 тыс. до 4 тыс. лет назад. По палеонтологическим меркам это совсем немного, потому что виду человека как минимум 50 тыс. лет. Поэтому эволюционный уровень всех рас по определению одинаковый.

Есть итерация этого мифа, указывающая на физические параметры, в частности, на различия в размерах головы. Но если померить черепа и сопоставить с какими-то цивилизованными достижениями, выясняется, что, например, у итальянцев размер головы средний, но почему-то Римская империя была империей.

Если же брать конкретных людей, то большая голова тоже не гарантирует грандиозного интеллекта — об этом говорят измерения голов и размеров мозга великих деятелей.

При этом размер мозга эволюционно связан с интеллектом, иначе бы мозги не росли от австралопитеков до нас, но это происходит в масштабах тысяч лет и гигантских статистических выборок в сотни тысяч индивидов, для конкретных людей или конкретной популяции такой связи нет. Тем более что в каждой конкретной расе всегда найдутся популяции с маленькими и большими головами.

Мораль этого мифа про расы такова, что не существует высших или низших рас. Все расы –– это просто расы, а между расами нет границ. На самом деле они все плавно переходят одна в другую и чем дальше, тем больше смешиваются.

Миф № 6: Ученые еще не нашли недостающее звено между древними обезьянами, австралопитеками и современным человеком

На самом деле этих звеньев такое количество, что их надо называть не «недостающими звеньями», а «достающими звеньями». Например, есть обезьяны и человек, а между ними есть австралопитек. А в австралопитеке есть грацильные и более древние. Среди ранних есть сахелантропы, оррорины, Ardipithecus kadabba, Ardipithecus ramidus и австралопитек анамский. Затем австралопитеки афарские. Но между ардипидеками рамидусами и австралопитеками анамскими есть промежуточные находки. И между астралопитеками анамскими и грацильными афарскими — тоже. Есть и промежуточные между промежуточными.

Если их выложить в ряд, получается плавная преемственность по всем возможным признакам. Более того, есть не только звенья, но еще и ветки, потому что люди очень долго эволюционировали на гигантской территории. Задача современной палеоантропологии — найти, кто непосредственный предок, кто боковой, а кто дал небольшую примесь, как, например, те же неандертальцы.

Находок становится все больше и больше, и появляются и новые пробелы. Если говорить про времена омомисовых приматов, то понять, кто из них предок, а кто нет, уже бывает проблематично. Тем не менее, каждый год описывается по несколько ископаемых видов приматов и имеющиеся зазоры все время заполняются.

Миф № 7: Неандертальцы — предки людей

Это скорее не миф, а гипотеза, появившаяся еще в XIX веке. К тому моменту были найдены один кроманьонец, один неандерталец, один питекантроп, а потом еще позже австралопитек, их выложили в цепочку — и появилась стройная концепция. Большую часть XX века она оставалась главенствующей.

Но на деле все сложнее, и антропологи видят, что самые поздние неандертальцы жили в одно время с первыми кроманьонцами, поэтому они не могли быть предками и потомками, а существовали параллельно. Отсюда вытекает другой миф: якобы неандертальцы — это какое-то свое человечество. Однако есть черепа, у которых признаки тех и других сочетаются в загадочных комбинациях.

Кроме того, у нас были общие предки, и, наконец, у современных людей есть неандертальская генетика. Есть и неандертальские ископаемые, у которых присутствует и сапиентная, и неандертальская генетика. Значит, они все же смешивались как генетически, так и в плане культуры. Например, последние данные говорят, что люди позаимствовали у неандертальцев одежду и некоторые формы орудий.

Правда, как обычно, где-то посередине. У нас с неандертальцами были общие предки на уровне эректусов или ранних Homo heidelbergensis, которые в Евразии дали неандертальцев. В Африке они же дали сапиенсов. Потом, когда сапиенсы из Африки вышли через Ближний Восток и стали смешиваться с неандертальцами, они взяли у неандертальцев немного генетики и культуры, но в целом остались сапиенсами. Неандертальцы же как общность исчезли, но немножко продолжают жить в нас.

Наступает год зеленой деревянной Обезьяны


Архив NEWSru.com ВСЕ ФОТО 2004 год пройдет под покровительством Зеленой Древесной Обезьяны
Архив NEWSru.com Чтобы Обезьяна вошла в ваш дом и осталась довольна оказанным приемом, постарайтесь создать для нее привычные условия
Архив NEWSru.com Развесьте красивые гирлянды под потолком — пусть они напоминает ей о лианах в джунглях, на видном месте в доме поставьте большую вазу с фруктами
Архив NEWSru.com Не стоит забывать и о привычной елочке. Конечно, лучше натуральной, ведь стихией 2004 года по восточному календарю является дерево
Архив NEWSru.com

Согласно календарю, принятому в древнем Китае, в пределах 12-годичного цикла каждый год проходит под знаком какого-нибудь животного. Кроме того, существует сверхцикл длительностью 60 лет, так как каждое животное взаимодействует с одним из пяти элементов: Землей, Водой, Огнем, Воздухом и Деревом. Таким образом, 2004 год пройдет под покровительством зеленой деревянной Обезьяны.

Чтобы Обезьяна вошла в ваш дом и осталась довольна оказанным приемом, постарайтесь создать для нее привычные условия. Развесьте красивые гирлянды под потолком — пусть они напоминает ей о лианах в джунглях. На видном месте в доме поставьте большую вазу с фруктами — пускай Обезьяна полакомится бананами, ананасами, виноградом, апельсинами. Кстати, верхушку ананаса можно очень красиво украсить блестящей фольгой и бумажными ленточками.

Не стоит забывать и о привычной елочке. Конечно, лучше натуральной, ведь стихией 2004 года по восточному календарю является дерево. Однако если вам жалко губить по одной лесной красавице в год и вы уже давно обзавелись импортной синтетической елкой, то непременно украсьте квартиру еловыми ветками. В этом году в вашей квартире обязательно должно присутствовать дерево.

Украшая елку, еще раз вспомните об Обезьяне. Вместе с обычными игрушками елку можно украсить грецкими орехами, обернутыми в блестящую фольгу. Можно на ветки развесить несколько красивых экзотических фруктов, например, карамболу или физалис. Можно повесить и пару бананов.

Отправляясь к кому-либо в гости, было бы не плохо прихватить в качестве подарка миниатюрное японское дерево бансай, маленькую пальму в горшке или «дерево счастья» из поделочных и полудрагоценных камней. Если ваши родственники или друзья, не догадаются сделать вам такой подарок в новогоднюю ночь, сделайте его себе сами.

И еще, главное. Постарайтесь, чтобы первый день 2004 года принес вам только радостные известия. Не случайно на Востоке говорится: как пройдет первый день года, так пройдет и весь год.

Год древесной обезьяны рекомендуется встречать в зеленом, коричневом или оливковом.

Люди, которые родились в 1920, 1932, 1944, 1956, 1968, 1980, 1992 годах, появились в год Обезьяны.

Обезьяна по природе очень подвижна. В год Обезьяны, считают японцы, рождаются люди, которых можно назвать беспорядочными гениями. Умные, способные к делам большого размаха, они великолепные работники во всех областях, требующих ума и сообразительности. Обезьяна изобретательна и оригинальна, она способна решать самые трудные задачи с удивительной быстротой, но если она не начинает решать их сразу, то может бросить, так и не начав. Обезьяна общительна, и создается впечатление, что она со всеми ладит, на самом деле она нередко плохого мнения о других, считая себя выше всех. Несмотря на это, Обезьян любят, хвалят за их умение, талант и гибкость. Обезьяна много читает, всегда в курсе событий, происходящих вокруг, она обладает прекрасной памятью, может с легкостью вспомнить малейшие детали виденного, прочитанного или услышанного. Эта страстная и сильная натура может во всем добиться успеха, если занимается делом, которое ей нравится. Первая часть ее жизни будет счастливой, вторая — бурной, смутной, и ее планы часто будут рушиться.

Обезьяна — интеллектуал. У нее большая жажда к знаниям. Она все читала, знает бесконечно много вещей, постоянно в курсе всего происходящего в мире. Она хорошо образована и обладает прекрасной памятью, что позволяет ей вспомнить малейшие детали виденного, прочитанного или услышанного. В конечном счете, память ей необходима, поскольку у нее все в беспорядке. Она изобретательна до крайности и способна разрешить самые трудные проблемы с удивительной быстротой. Но если не начинает сразу их осуществлять, то бросает, едва начав.

Новый год напоминает о предках

<B>От других зверей Обезьяну отличает страсть к стяжательству</B><BR>По китайскому календарю грядущий год начнется лишь 22 января 2004 г., его символ — деревянная Обезьяна. Тем не менее в России уверены, что символ года — деревянная Обезьяна — постучится в каждый год уже с боем курантов.<br><P>По этой причине характерные особенности «обезьяннего» года активно обсуждаются уже сейчас.<br><P CLEAR=»ALL»><br><B>Любопытная Варвара</B><BR><br>Обезьяна на Востоке считается олицетворением неукротимого любопытства и созидательной энергии. Без ее внимания не остается ни одна область человеческой деятельности.<BR>Обезьяна сует нос во все дела, но наиболее жгучий ее интерес вызывают политика и экономика. Деревянная Обезьяна особенно активна бывает весной. Другими словами, выборы Президента России в марте 2004 г. не должны быть скучными.<BR>Китайцы считают, что год «собственного» животного всегда значим для личности, можно сказать, судьбоносен. Причем как в положительном, так и в отрицательном смысле. Это период, когда человек может заново родиться, открыть в себе что-то новое, получить мощный импульс к активным действиям в мире.<BR>В свой год велика вероятность как серьезного жизненного взлета, так и сокрушительного провала. В худшем случае можно потерять все — от репутации до счета в банке.<BR>Из российских политиков, рожденных в год Обезьяны, самый значительный — Геннадий Зюганов. Он уже заявил о своем намерении участвовать в президентских выборах. Казалось бы, есть риск сломать шею. При ближайшем рассмотрении лидеру российских коммунистов ничего не грозит. Дело в том, что действующий Президент РФ Владимир Путин родился в год Дракона. Китайцы считают, что Обезьяна входит с Драконом в общую команду представительских знаков, то есть вместе они составляют идеальную пару. Примером может служить карьера бывшего губернатора Петербурга Владимира Яковлева (тоже Обезьяна).<BR><BR><B>Деньги счет любят</B><BR>Бизнесменам наступающий год сулит немалые барыши, особенно тем, кто родился в «профильный» год (1932, 1944, 1956, 1968, 1980).<br><BR>Известно, что рожденные в год Обезьяны наделены страстью к стяжательству.<BR>Может быть, именно поэтому в честь наступающего года Народный банк Китая выпустил золотую монету весом 1 кг. Как сообщает агентство «Синьхуа», золотая монета достоинством 10 тыс. юаней ($1029), символизирующая год Обезьяны, не будет доступна для всех желающих. Планируется отчеканить всего 15 монет.<BR>В год Обезьяны, считают в Азии, рождаются люди, которых можно назвать беспорядочными гениями. Изобретательная и оригинальная, Обезьяна способна решать самые трудные задачи с удивительной быстротой, но если она не начинает решать их сразу, то может бросить, так и не начав.<BR>Обезьяна много читает, всегда в курсе событий, происходящих вокруг. Она обладает прекрасной памятью, может с легкостью вспомнить малейшие детали виденного, прочитанного или услышанного.<BR>Обезьяны — темпераментные и своевольные люди, они вспыльчивы, но отходчивы. Умеют принимать решения, обладают здравым смыслом. Многие из них могут добиться славы, если им в этом не мешают.<BR><BR><BR><B>пятый элемент</B><BR>Согласно древней китайской традиции, пять основных элементов — это вода, дерево, огонь, земля и металл. Если учесть, что китайское слово «синь» означает движение и перемены, то более точный перевод — «пять стихий». Например, дерево означает не древесину, а движущий принцип, который изначально присущ древесному царству.<BR>В Азии каждый год символизируют определенные животные: мышь, вол, тигр, кролик (кот), дракон, змея, лошадь, коза, обезьяна, петух, собака и кабан (свинья). Восточный календарь состоит из пяти циклов по 12 лет. Каждые 12 лет символ повторяется, но всякий раз в новом качестве, потому что за 60 лет он 5 раз меняет свою стихию.

Обезьяна по имени Человек Разумный. Моё первое интервью со Станиславом Владимировичем Дробышевским

Самир Ефимов: Здравствуйте.

Станислав Дробышевский: Здравствуйте.

Самир Ефимов: Рад вас видеть. Стоит рассказать, что и как всё будет происходить. Это приветствие нашим подписчикам. Итак, поскольку наше сообщество (Фанерозой) развивается и расширяется, то и темы, о которых мы будем разговаривать, тоже начинают выходить за рамки мира животных и людей.

Маргарита Маяк

Давно известно, что сообщество «Фанерозой» ведут три человека: Маргарита Маяк, Александр Яскин и я, Самир Ефимов. К слову, я подключился к проекту позднее, тем не менее за всё это время «Фанерозой» стал для меня очень родным и ламповым сообществом, в котором я нашёл близких и верных друзей. В скором времени к нам присоединятся ещё несколько очень хороших людей, которых я знаю со времён студенческой парты, а с некоторыми познакомился сравнительно недавно, но это не отменяет того факта, что эти товарищи являются очень хорошими учёными, честными людьми и добропорядочными гражданами.

Яскин Александр

Всех объединяет одно — они специалисты в определённых областях науки, однако, если нас всех собрать в единое целое, или даже рассматривать по отдельности, то среди нас не найдётся ни одного специалиста по антропологии. Именно поэтому мы особо и не пишем статьи на эту тему и не отвечаем на вопросы подписчиков, дабы не наговорить глупостей. Тем не менее, прежде чем включать людей в наши научно-популярные статьи про животный мир, нужно всё-таки с чего-то начать.

Ефимов Самир

Потому я решил рискнуть и начать со статьи в стиле своеобразного интервью с одним очень интересным и замечательным человеком, одним из настоящих учёных нашего времени. Для этого я подготовил список вопросов, основываясь на материалах по антропогенезу доктора биологических наук, профессора кафедры зоологии РГПУ им. Герцена Корниловой Ольги Анатольевны. Она, кстати, сейчас с нами, слушает нас. И пригласил вас, Станислав Владимирович, на данное интервью.

Ольга Анатольевна Корнилова Доктор биологических наук, профессор кафедры зоологии РГПУ Им. А.И. Герцена

Я думаю, что оно будет интересно многим нашим подписчикам, потому что, во-первых, всё-таки это первый пост в таком формате с известным учёным, а, во-вторых, это первое настоящее выступление сообщества в области антропологии. Помимо этого, в этом интервью мы не будем рассматривать область философии, в том числе некоторые устаревшие идеи (марксизм) и перейдём к настоящей науке, ведь известно, что все феномены социального сводится к биологическому, поэтому пожалуй с биологического и начинаем.

Станислав Владимирович Дробышевский — Кандидат биологических наук, доцент кафедры антропологии биологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Научный редактор портала Антропогенез.ру.

Станислав Владимирович, мне очень часто доводилось слышать про то, что человека как такого не существовало бы, если бы во время эволюции у него не сформировалось типологическое восприятие животных. Чтобы эффективно взаимодействовать с соплеменниками и успешно выживать в общинах, мозг человека эволюционировал таким образом, чтобы воспринимать различных зверей в качестве видов животного мира (к примеру, охотиться на них), а людей отдельно от этого мира как уникальных индивидуумов со своей историей и со своими особенностями характера. Некоторые говорят, что благодаря такой эволюционной притче у предков сапиенса и возникли предпосылки к возникновению религии, философии, различных культур и всего подобного. В связи с такой точкой зрения у меня возникает несколько вопросов.

Первый вопрос: насколько такая точка зрения верна? И второй вопрос: насколько это типологическое восприятие животных необходимо людям сейчас? Есть ещё третий: какие отделы мозга отвечают за индивидуальное восприятие и за типологическое?

Станислав Дробышевский: Проще всего ответить с конца. Насколько это известно, у нас средняя височная извилина отвечает за распознавание всяких животных, живых объектов вообще, а нижняя височная извилина отвечает за распознавание людей.

Само по себе это расположение рядом, практически в одном и том же месте, а кто видел мозг, знает, что средняя и нижняя височные извилины разделяются очень условно, честно говоря, на картинке очень красиво идёт борозда, а на практике внятно найти эту границу почти невозможно. То есть можно, но сложно. И уже само то, что извилины находятся практически в одном и том же месте мозга, говорит о том, что да, это возникало по одной и той же причине. И да, если бы у нас не было такого распознавания

свойств живых объектов, то, наверное, и свойства людей мы бы воспринимали, но совсем по-другому. То есть если бы мы, допустим, формировались на основе копытных животных, которым меньше надо распознавать живые объекты, а можно вместо этого травку щипать (при этом всё, что большое и быстро движется, воспринимается как опасное), то у нас и восприятие друг друга, наверное, тоже было бы каким-то другим. Не возьмусь судить, было ли невозможным формирование разума, если бы восприятие было иным, может быть, просто по-другому бы это реализовалось и тогда у нас было бы меньше, скажем, гуманитарной сферы, а больше абстракции, философии. Можно гадать до бесконечности, спорить с пеной у рта, но смысла в этом, на мой взгляд, немного.

Carpolestes simpsoni (палеоцен) Источник : Eric J. Sargis. Primate Origins Nailed. Science Vol. 298. 22.11.2002

Но то, что способность распознавать живые объекты – это преадаптация социальности – это факт. Хотя можно и по-другому повернуть, потому что пока наши предки скакали по деревьям, ещё в эоцене или в олигоцене хотя бы, то они ещё не были такими хищными и не было надобности распознавать большие объекты, а какая-никакая социализация у них уже налаживалась, так что не исключено, что ситуация была диаметрально обратная, и в начале наладилось распознавание своих на лицо, а потом это привинтилось к распознаванию разных живых существ, когда надо было уже понимать кто полезный, кто неполезный, съедобный, опасный и т. д.

Такие вещи очень трудноуловимые даже для живого современного человека, а когда мы рассуждаем о том, что происходило 40-50 млн. л. н. у каких-нибудь там омомисовых приматов крайне маленького размера, и от которых остались одни зубы, с этим на самом деле проблемы.

Что мы можем точно сказать про мозги, что височная доля бурно менялась – это факт. Например, с австралопитеков и дальше она довольно-таки радикально подросла. Невозможно точно сказать, что именно: нижняя или не нижняя часть, потому что нет внятной границы никакой, но то, что височная доля увеличивалась – это научный факт. У человекообразных обезьян (шимпанзе, горилл) она, как правило, маленькая такая, остренькая, от лобной особо не отделена, а у нас она здоровенная, высокая и чётко отделена,

с острым углом, то есть эволюция там была даже в самые распоследние времена, примерно 4 млн. л., да даже меньше, 3 млн. л., так что да, это было, но как обычно, детали ускользают.

Самир Ефимов: На самом деле очень интересный, развёрнутый ответ, вы так объёмно ответили. И, в принципе, второй вопрос, на который я хотел услышать ответ, он сам растворился, потому что уже понятно, откуда это социальное возникло. Поэтому следующий вопрос, который будет интересен подписчикам — это узнать о происхождении приматов. Например, узнать, насколько близки к нам шерстокрылые, тупайи и насколько далеки, например, грызуны и зайцы? На кого больше были похожи наши первопредки и в каких биотопах они обитали? Как были представлены отличия прошлого предка всех приматов от других млекопитающих? И правда ли, что в определённый момент времени у наших предков по коэффициенту энцефализации мозга эволюционно обгоняли опоссумы, если так, то, что с этими ребятами в итоге пошло не так?

Станислав Дробышевский: Корни всех плацентарных, и не только плацентарных, уходят, как обычно, в палеоцен или в поздний мезозой, а может даже и не в самый поздний. Печаль в том, что, по крайней мере, в начале или в половине палеоцена всё это древнее зверьё очень трудно различимо. Есть тонны зубов, но они микроскопические, их надо разглядывать в микроскоп, и отличить кто там из них кто очень сложно: там были эти позднемеловые даже раннекайнозойские цимолесты, которых куда только не пихают,

как только не представляют, и вот из них потихоньку выпачковывались все остальные, и среди вот этого богатства сформировались эуархонтоглиресы (euarchontoglires) – это ветка, которая объединяет современных шерстокрылов, тупайи, приматов, грызунов и зайцеобразных. Но есть такая заметная поправка: на протяжении всего палеоцена грызунов и зайцеобразных не было. Грызуны появляются где-то в самом конце палеоцена и уже в эоцене нормально раскачиваются, а зайцеобразные вообще только, по-моему, в эоцене возникают.

Шестокрыл

С шерстокрылыми запутано, потому что современных представителей всего два вида, и они сильно специализированные, а ископаемых потенциально известна целая куча, то есть масса семейств, всяких надсемейств и подсемейств, но действительно ли они шерстокрылые – не очевидно, потому что у современных шерстокрылых жуткая специализация зубов, и самая главная фишка – это летательная перепонка.

Игнациус

Скелетиков палеоценовых нет, потому что не сохранились, и мы не знаем, были ли у них эти летательные перепонки. Например, был какой-нибудь игнациус (ignacius), и его считали долгое время шерстокрылым, а потом нашли целый скелет и оказалось, что это не шерстокрыл, потому что никаких адаптаций шерстокрыльев в тельце нет, хотя зубы были похожи и пальчики были похожи (только фаланги),

а всё остальное, оказалось, нет. А некоторые шерстокрылоподобные по частям похожи, а, скажем, резцы вообще другие, как у грызунов такие здоровенные, огромные. И поэтому настоящие шерстокрылые, очевидные, достоверные, появляются в эоцене, а остальные где-то зависают: то ли они приматы, то ли шерстокрылые, но само по себе существование этих переходных форм показывает, что это всё — сплошная родня.

В начале было такое кущение, из них выжили только мы и вот эти шерстокрылые, и где-то в промежутки выжили тупайи.

Тупаййя

С тупайями такая печаль, что из современных архонтоглиресов (archontoglires) они самые примитивные, самые базовые, неспроста их в насекомоядные запихивали, в принципе, они насекомоядные и есть. То есть у них зубная система примитивнейшая, у них локомоция тоже простетская, то есть у них всё такое самое-самое исходное. Но проблема в том, что от них почти нет ископаемых, то есть где-то уже в конце палеоцена появляются какие-то отдельные зубки, сильно позже.

В огромный промежуток времени, когда они должны быть, мы их либо не находим, либо не понимаем, что это предки тупайи, как-то не очевидно для нас. То есть зубов там хватает, но, может быть, из них кто-то там и есть. С рукокрылыми такая же история: тоже куча зубов, но пока нет целого скелета, хотя бы черепа, непонятно.

Пургаториус

Так что тупайи, по идее, самые примитивные, самые базовые, но в палеонтологической летописи появляются слишком поздно, а вот кто рано появляется – это приматы. Чудесным образом они появляются раньше всех. Вначале, правда, в виде плезиадаписовых, иногда их выделяют даже в отдельный отряд плезиадапиформы (Plesiadapiformes), всякие умные слова придумывают.

Плезиадаписовые в лице пургаториусов (purgatorius), которых иногда даже выделяют в отдельный отряд, ещё и даже не плезиадаписов, потому что они совсем убогие, примитивные. Но, в принципе, за счёт своей примитивности они как раз в основание всех красиво ложатся, и в последующем эти плезиадаписовые порождают адаписовых, а через них полуобезьян, и омомисовых – это уже обезьян, а уже где-то в самом конце палеоцена из каких-то подобных тварей возникают грызуны, а ещё чуть позже, видимо, как ветка, возникают зайцеобразные.

И чудесным образом получается, что грызуны и зайцеобразные намного прогрессивнее, чем мы, то есть они возникли позже, чем приматы, и у них гораздо больше специализация и в зубах, и в ногах, и где угодно абсолютно. Там мускулатура жевательного аппарата какая-то хитроумная с дырками в черепе, что-то такое сильно забубённое. А у нас ничего подобного не было. Кстати, конечности, количество пальцев посчитать — сколько там у крысы на руке и сколько у нас.

Мы оказались примитивной группой, а от нас потом отделились где-то шерстокрылые (тупайи вроде бы с самого начала были, они сохранили базовую версию), потом отделились грызуны, потом отделились зайцы. Но порядок ветвления до сих пор не очевиден, честно говоря, потому что вот эти все базовые зверушки слишком похожи и вот эта вот гора зверей, цимолестов каких-то и им родственных, чёрт ногу сломит. Такая же история со всеми ранними млекопитающими палеоценовыми, предки копытных где-то там тоже блуждают, и хищных, и китообразных, и кого угодно ещё. Они все растворяются невнятной кашей землеройкоподобных тварей, но крайне показательно, что мы-то одни из самых древних отрядов, то есть если плезиадаписов и пургаториусов считать за приматов, то мы появляемся 66 млн. л. н. Один зуб даже из мела есть и, выходит, что мы самые древние вообще плацентарные млекопитающие, может, не самые примитивные вообще, но близки к тому. Это удивительно!

Как обычно, всё самое крутое и великое появляется из самого убогого – это универсальное правило, и оно не тоже прямо супер универсальное, но почти всегда работает, и сейчас тоже работает.

Самир Ефимов: А всё-таки как с опоссумами так получилось?

Станислав Дробышевский: Понятно, что они как сумчатые отделились ещё в мезозое, где-то в юрском периоде, если ещё не раньше. Но, действительно, они по-своему эволюционировали и была целая куча вариантов опоссумовых.

Кадр из мультфильма «Ледниковый Период»

Ну, это слово такое «опоссум», и всем (ну, большинству) представляется эта фигня из мультика Ледниковый период, а вообще же их какая-то чёртова туча на самом деле. Где угодно абсолютно: особенно в Южной Америке, родственные есть и в Антарктиде где-то на острове Сеймур, и в Австралии что-то подобное и в Африке, и в Европе, и в Азии, и в Турции классно найден, в Северной Америке ископаемых немерено.

Реконструкция родственника опоссума —Anatoliadelphys maasae, окаменевшие останки которого был найдены в 2002 году в геологической формации Узунчаршидере в Турции. Источник:https://polit.ru/news/2017/08/21/ps_anatoliadelphys_maasae/

И среди такого великого изобилия (строго говоря, это несколько отрядов, по-хорошему), естественно, были очень разные, и в некоторые моменты действительно они нас обгоняли довольно-таки основательно. Если брать палеоценовых или даже эоценовых этих самых опоссумов, у них размер их тела и размер мозга, и относительный размер мозга местами был если не сильно больше, то вполне сопоставим с приматными, потому что у приматов этих самых плезиадаписовых или там омомисовых, у них размеры тела были иногда 10 гр., то есть это вообще предел мизера для млекопитающих в принципе.

Но это уже, наверное, самые крайние какие-то там омомисы. Но всё равно если это 100 гр, 50 гр. – это типа мыши зверюшки, сильно меньше крысы. Опоссумы-то были в среднем больше, и некоторые может быть даже социальные. Причём у них эта социальность была достоверно раньше, чем у нас, то есть у них она была достоверна, а у нас она «может быть», и поэтому она у них была вроде как раньше.

Южноамериканские [ископаемые] найдены такие чудесные: кучками собранные скелетики лежат с хорошим выраженным половым диморфизмом, т.е. там самцы крупные, а самки мелкие, что говорит о социальности. Развитие головного мозга тоже у них было не такое уж прям плохое, то есть не то, чтобы блестящее, но учитывая, что наши предки имели мозг размером в 1 гр. в среднем на тот момент, а эти опоссумовые пару граммов — уже как бы на 100% больше. Это круто, то есть они были действительно в каком-то смысле интеллектуальнее, может быть, даже.

Другое дело, поскольку они всё-таки сумчатые, и рожают как все опоссумы по 100-500 этих детёнышей, ну, по 30 штук за раз иногда, обычно всё-таки меньше, но 5-10 легко, и растут очень быстро, у них очень короткое детство, очень короткая продолжительность жизни, то у них не было возможности развивать эту свою социальность, потому что слишком маленькое воспитание. Собственно, вынуждены они так много рожать, потому что они сумчатые, у них нет нормальной плаценты, бандикуты потом изобрели немножко фиговенькую, но как бы тоже не очень получилось, соответственно, поскольку у них нет плаценты, то вырастить нормального в себе детёныша самка не может, и ей приходится этой r-стратегией фигачить как на конвейере этих маленьких дитёшек. С высокой вероятностью они все помрут, ну парочка выживет, ну и слава богу. Кстати, r-стратегия тоже неплохая, потому что они до сих пор живут и неплохо так себя чувствуют.

Самир Ефимов: Развиваются, хорошо себя чувствуют, очень интересно на самом деле. Тогда у меня следующий вопрос. Когда наши предки выбились в высших приматов, у них редуцировалась открытая овуляция, уменьшилась рождаемость, появилась двуногость, редуцировались клыки. По гипотезе Лавджоя все эти признаки появились гораздо раньше крупного мозга и изготовления каменных орудий. Мозг развивался не столько из-за труда, как по Энгельсу, а вскользь с переходом людей к моногамии, и увеличением вклада отцов в заботу о потомстве, ключевую роль в которой сыграли пищевые особенности наших далёких предков. Согласны ли вы с такой точкой зрения, и чем учёных так зацепил ардипитек?

Станислав Дробышевский: Концепция Лавджоя замечательная. Она очень проработанная, детальная. У неё есть только один маленький пробел: отсутствие практических подтверждений, то есть по современным зверюшкам всё красиво сходится, все эти скрытые овуляции и всё такое, а по ископаемым у нас, строго говоря, есть один признак: относительные размеры клыков самцов и самок и, в общем-то, как бы и всё.

Источник:https://libmir.com/book/292645/image

То есть концепция Лавджоя – это классика. Когда есть идея и под неё немножко подтягиваются факты, которые есть. А идея такая проработанная, со стрелочками, схемки красивые, но это гипотеза, это классическая гипотеза. Подтвердить её или опровергнуть крайне проблематично, потому что для этого нужны наблюдения вживе, а у нас нет живых австралопитеков или каких-нибудь ардипитеков. Поэтому такие рассуждения, их очень забавно читать, но, на мой личный взгляд, смысла в них не слишком много, потому что на один признак опирать весь фундамент, всю стройку концепции как-то не очень, а исходить из того, что у современного человека, у современной обезьяны…

Что там было у австралопитеков, если честно, мы просто не знаем. И это какие-то такие рассуждалки, тем более, что можно принять, что всё это было факторами, но все другие факторы никуда не деваются: изменения климата были, изменения экосистем были, перестройки питания мы просто видим по палеонтологическим конструкциям, и мы всё-таки видим, что такой резкий рывок развития мозга случается уже у ранних хомо между двумя и тремя млн. л. н., а вовсе не тогда, когда формировалось прямохождение. То есть концепция Лавджоя, строго говоря, про прямохождение может быть, но тоже с натяжками, а про интеллект, честно говоря, не очень, потому что у австралопитеков размер мозга за несколько миллионов лет практически не поменялся, что у ардипитека, что у сахелантропа. Строго говоря, у сахелантропа 7 млн. л. н. размер мозга больше, чем у ардипитека, который 4,5 гр. Говорят: «Это самец», «Это самка», ну пусть это половые различия будут, но всё равно прошло 3 млн. л. и значит, не поменялось, строго говоря, ничего. На две ноги они вставали очень даже бодренько, а мозги не росли. Поэтому прямохождение – это хорошее условие для развития разума, но тоже не факт, что необходимое. Да, полезное, адаптивное, но недостаточное условие, это уж точно. А таким стимулом ядрёным, рывком, стали уже преобразования какие-то другие, которые совершились где-то 3 млн. л. н. Грацильные австралопитеки уже давным-давно хорошо как двуногие преобразовались в этих самых ранних хомо, и там уже с орудийной деятельностью мы прекрасно видим связь. Я понимаю, что Лавджою, может быть, трудовая концепция Энгельса как-то не близка, не уверен, что он её вообще знает или читал. Прямо скажем, антропологи тоже её воспринимают скорее как «была такая там 100 лет назад, уже 150», и это не руководство к действию. Это философия XIX в. на всякий случай. Но действительно по фактам мы видим, что активное увеличение размеров мозга шло параллельно с развитием трудовой деятельности. И что было там причиной, что следствием — это вопрос, но вообще цепная, видимо, реакция, и причина и следствие одновременно, поэтому мозги стали расти именно с орудиями труда. А с прямохождением тоже, конечно, росли, но не так чтобы очень… То есть у какого-нибудь сахелантропа, ардипитека где-то 300 гр. мозгов, а у афарских австралопитеков самые башковитые 500 гр., тоже в 1,5 раза всё-таки приросло, даже больше. Так это за сколько миллионов лет! И это самые мозговитые, самые здоровенные, которые самые поздние, кстати говоря, с датировкой как раз 3 млн. лет, а в среднем-то у этих афарских австралопитеков 350 – 400 гр., то есть, в принципе, они от ардипитеков не шибко отличаются. Есть разница, даже заметная, но не то чтобы прям сильно много при том, что за следующий миллион лет мозги выросли вдвое как минимум. С тех же 400 до 800 гр. мозговой рубикон перевалили, это как раз с орудиями труда. Так что концепция Лавджоя классная, но фактических оснований очень не хватает. Лавджой сам, кстати, про это прекрасно знал и писал, и она не может быть единственной, но и ещё фактор, чего бы и нет. У любого явления эволюционного обычно есть много факторов, спасибо Лавджою, что он эту тему поднял, но её антропологи и палеоантропологи как раз не любят, потому что много рассуждалок, мало фактов, все как-то так… Можно на 50 страниц написать тексты и что? А другой напишет ещё на 50 [страниц] других каких-то текстов.

Бутовская Марина Львовна — российский этолог, антрополог, доктор исторических наук

Вообще, по мне, надо читать даже не Лавджоя, а Бутовскую, потому что, в отличие от Лавджоя, она-то очень много работала с настоящими живыми обезьянками, Лавджой теоретик, насколько мне, по крайней мере, известно, он наблюдения за обезьянами в природе вроде не вёл никогда, а Бутовская вела. Может, не в природе, скорее, в обезьяннике, тем не менее, но она лично всю жизнь занималась то обезьянами, то теперь вот людьми.

Поэтому её рассуждения, на мой взгляд, выглядят гораздо более основательно.

Самир Ефимов: А можете поподробнее рассказать, если не сложно?

Станислав Дробышевский: Идея та же самая, что и у Лавджоя. Только отличается большим количеством фактологии по социальному поведению и уровню агрессии, аффилиативности, то есть доброты. Пересказать не уверен, если честно, что смогу грамотно и точно, так как этой темой я не занимался никогда. Лучше не буду перевирать, я наляпаю, и будет просто испорченный телефон.

Самир Ефимов: Очень интересно будет познакомиться.

Станислав Дробышевский: Она сама читала много очень интересных и познавательных лекций. Про обезьян не помню, было ли у неё что-нибудь, возможно, и было, а про людей – просто праздник какой-то!

Самый главный вывод, который звучит для меня – то, что человеческое поведение, если мы искусственно будем игнорировать речь, оно, строго говоря, от обезьяньего не особо-то отличается. Если мы отключаем речь (не то, что запрещаем наблюдаемым говорить, а просто не обращаем внимания на то, что они говорят), просто наблюдаем за тем, что они делают. Как в Библии написано: познаете их по делам их [смеётся]. Вот она это и делает. Тогда оказывается, что поведение от тех же павианов не отличается практически вообще. Даже в цифрах: количество определённых телодвижений одинаково что у гамадрилов, что у людей. Когда это видно на графиках и в таблицах – это впечатляет. Всем советую эти статьи почитать.

Самир Ефимов: Ближайший современный родственник человека, шимпанзе бонобо (карликовый шимпанзе). Дивергенция между людьми и шимпанзе произошла примерно 10-6 млн. л. н.

И, если не ошибаюсь, это происходило где-то в Восточной Африке. За это время обе этих группы человекообразных обезьян сильно видоизменились. Так, например, многие учёные считают, что шимпанзе физически являются, так сказать, более прогрессивными в сравнении с людьми. Интересно и то, что всё чаще в учёных кругах постулируется, что прогнантизм (когда челюсти выступают сильно вперёд) является не примитивной чертой,

а, наоборот, весьма прогрессивной. Причем считается, что этот признак эволюционно развивался у африканских человекообразных обезьян после отделения от общих с человеком предком. Я думаю, подписчикам будет интересно узнать: действительно ли это так и есть ли доказательства у этой теории?

Станислав Дробышевский: Да, по сути, так и есть. Это легко проверяемо: сейчас есть некоторое количество черепов и челюстей, штук 100 уже их есть, ископаемых обезьян миоценовых. Больше всего коллекция с острова Русинго, где проконсулы (не только они, но в основном). В Уганде целую кучу сейчас нашли. Мы видим, что самые первые человекообразные обезьяны, были, строго говоря, прогнатны, если корнеометрически рассуждать, но именно альвеолярная часть была небольшая, а передние резцы были маленькие, там зубёшки совсем ни о чём. И по большому счёту их черепа больше похожи на нас и австралопитеков, чем на современных шимпанзе. Но уже в позднем миоцене возникло несколько альтернативных веток, некоторые шимпанзей даже превзошли.

Моротопитек

Какие-нибудь угандопитеки или моротопитеки, афропитеки рыло отрастили ого-го какое, даже стали на павианов больше похожи. Так они и вымерли в итоге. Но это специализация. Проблема в том, что непосредственно предков шимпанзе и горилл у нас нет. Есть один накалипитек и хорорапитек, но всё же есть. Да, получается, что более древние имели сравнительно небольшие челюсти с небольшими размерами нёба, с маленькими клыками и, кстати говоря, заклыковые зубы тоже были небольшие и резцы, самое главное, маленькие. Те, которые остались в лесу и стали переходить на другое питание, в частности, питание более жёсткими фруктами (видимо, ещё и флора менялась, правда, про это мы меньше всего знаем). Они стали отращивать огромные резцы. Моляры у шимпанзе как раз не особо изменились, потому что они в лесу как жили, так и живут, а клыки выросли намеренно

Афропитек

и размеры морды тоже. По сравнению с проконсулами они очень сильно изменились. А у нас передняя часть челюсти очень слабо менялась: резцы какие были, такие и остались, клыки уменьшились, но не запредельно, чуток, а вот моляры в какой-то момент у нас подросли. На уровне грацильных австралопитеков и самых-самых ранних хомо типа рудольфенсисов у нас была стадия мегадонтии заклыковой, когда премоляры и моляры в особенности стали здоровенными, потому что мы стали питаться наземной сухой пищей где-то в саванне. И мы имели шанс превратиться в парантропов (собственно, парантропы возникли и в итоге вымерли), а наше счастье, что мы успели вырулить, жрать мясо и у нас моляры уменьшились.

Они у нас маленькие вторично: т.е. они были маленькие, потом стали большие, потом снова маленькие. А у шимпанзе они выросли вместе с размерами тела и пропорции т е же остались.

НакалипитекРеплика черепа шимпанзе. Источник: https://vk.com/nessiterabfРеплика черепа самки Проконсула. Источник: https://vk.com/nessiterabf

Это крайне показательно. По передней части челюсти мы примитивные, по задней, вроде как, прогрессивные. Это всегда так получается, что разные части, даже близко расположенные, эволюционируют мозаично. Это в чем угодно: в пальцах, ногах, в чем угодно, что ни возьми. Это яркий наглядный пример.

Самир Ефимов: Очень интересно. Все большие человекообразные обезьяны, такие клыкастые. Чего стоят клыки у тех же горилл и шимпанзе.

Клыки у этих обезьян являются, во-первых, очень большими, во-вторых у них имеется диастема, ну и в-третьих, как правило, клыки самцов больше чем у самок, а у людей и их предков вроде как всё наоборот. С чем это связано? Какова роль клыков в социальных отношениях гоминид?

Станислав Дробышевский: Лавджой говорит: «Я! Я скажу!». Он рассказывает про то, что большие размеры клыков у всех приматов, человекообразных тоже, прямым образом коррелирует с половым диморфизмов и иерархичностью. Чем иерархичней твари, тем здоровенней у них морда.

Ассамская макака

Особенно это видно на макаках. Какая-нибудь ассамская макака имеет огромное рыло, а у резуса маленькая мордочка и совсем маленькие клыки. А поскольку макак дофига, там прекрасно видно: тибетские, крабоеды, они разные полюса образуют. Если мы смотрим на уровень их социальности и степень иерархичности, там красиво всё получается.

Череп макаки Резус

И павианы как предел, когда они имеют огромные саблезубые клыки, а размер самцов в 2 раза больше, чем у самок. У человекообразных то же самое: есть гиббоны с маленькими клычушичками, где самцы от самок не особо отличаются. Если самцов обесцветить, мы не особо поймём. И люди из той же степени.А есть обратная сторона. Это гориллы, шимпанзе, орангутаны, у которых огромные клыки, есть диастема, чтобы соседние клыки вставлялись между либо резцами, либо клыками, либо клыки,

Павиан

между плеврами, смотря, какая челюсть верхняя нижняя. Соответственно, клыки доклиниваются очень мощно. Это действительно сигнальная штука, когда альфа-самец скалит зубы, всех впечатляет, все его боятся. Он самый главный, молодец. В принципе, это универсалия для всех млекопитающих. Это у собак так же работает, и у людей – если человека доконать, он тоже скалит зубы, но у нас это не очень впечатляюще получается, а у гориллы весьма.

Ей даже скалиться не надо, просто губу приподнял и уже все спокойные становятся. Соответственно размерам и массе.

Череп гориллы с ярко выраженными входящими клыками в диастему

Самир Ефимов: Теперь, к вопросу о двуногости и прямохождении. Существуют куча разного рода гипотез.

Ода гипотеза говорит, что на открытых равнинах саванн, среди высокой травы выпрямление тела и высоко поднятая голова обеспечивали лучший обзор, поэтому человек и стал прямоходящим. Другая гипотеза гласит, что нашим предкам приходилось ходить на двух ногах, чтобы в руках переносить различные предметы (добычу, орудия, детей). Третья рассказывает про полуводных обезьян. Дескать, обитая и питаясь у прибрежной полосы озёр и рек, наши предки много времени проводили в воде и, заходя на глубину, выпрямлялись. Так обезьяны становились в том числе и лысыми. Также существует гипотеза, которая рассказывает о ночных гоминидах, которые ходили в темноте на задних ногах, ощупывая руками окружающие предметы. Ну и, пожалуй, самая забавная гипотеза гласит, что на двух ногах драться удобнее. Как по-вашему, какие из гипотез имеют право на существование?

Станислав Дробышевский: На мой взгляд, самая верная концепция, что у нас была преадаптации к прямохождению ещё при лазании по деревьям. Уже позже проконсулов, но ещё раньше австралопитеков, на уровне каких-нибудь киенапитеков мы стали довольно большими, 15 кг весом, а потому ходить по веткам на четвереньках уже было несподручно, поэтому перешли к вертикальному лазанию, когда на ногах идут, а руками придерживаются. А позже, когда мы стали спускаться на землю, уже невозможно было вернуться назад, к четверенькам, потому что слишком специализированные ручки.

Гориллы ходят на согнутых пальцах

Например, гориллы и шимпанзе тоже ведь упираются очень убого на согнутые пальцы передних конечностей, они уже не могут выпрямить руку и нормально на пальцы опираться. Гиббоны тоже с большими проблемами по земле ходят, они на двух ногах вынуждены ходить, держа ручки над землёй.

У орангутангов тоже корявенько получается, но у них чересчур специализированная рука, супер-древесная, и, кстати, более прогрессивная, чем наша, а мы всё-таки не настолько далеко ушли, но оказалось, что проще повернуть. Плюс, есть ещё терморегуляционная гипотеза,

Видно, что чем выше к голове тем температура выше

потому что вертикальное положение даёт меньший нагрев, потому что греется только голова и плечи, а не спина целиком. И ещё 100500 других. Скорее всего, как это обычно бывает, был огромный комплекс. Одно другое цепляло. Мы меньше нагреваемся, у нас уже есть преадаптация, нам так удобнее с самого начала, нам полезно носить всяких вещи, в том числе тех самых детишек (тут Лавджой опять говорит: «дайте! Дайте я скажу»! Детишек носили!»).

С концепцией водной обезьяны, конечно, не очень можно согласиться. Её многие любят, мне она тоже нравится на самом деле. Она гипотетически красивая, как умственное построение прикольная, там можно подбирать всякие факты, подгонять, но только она не подтверждается ничем. Это из таких концепций, которые классные, в которые хочется поверить, но вот только факты не в пользу её. Это печально для гипотезы бывает, когда факты не в её сторону. Наши предки не были околоводными, они всё-таки на деревьях жили, а от воды они старались подальше держаться, там крокодилы. Мы, конечно, находим их [предков] в водных отложениях, но мы кого угодно там находим, даже трубкозубов, которые точно не ныряли.

Ардипитек

Даже верблюдов, что характерно, мы находим в водных отложениях, потому что там в принципе кого угодно мы находим. Там просто кости сохраняются. Хотя ардипитек найден не в водных отложениях, он-то как раз в сухопутных редкостных, поэтому у него сохранность фиговая. Зато весь скелет целиком, его никто не раздербанил. А уже всякие концепции, что они шарились по ночам и дрались – это бред. Тогда бы много кто был двуногий. Потому что драчливых хватает. [показывает голубя, смеётся]

Самир Ефимов: Кстати, насчет полуводной гипотезы, недавно была информация. Даже Соколов комментировал один пост. «Наука и техника», известное сообщество, как раз про полуводную гипотезу рассказывали, даже назвав её доказанной теорией. Сказали, что в Мадагаскаре нашли какую-то полуводную обезьяну, с характерным хвостом как у русалки. Это всё чушь, верно?

Станислав Дробышевский: Я подозреваю, это было 1 апреля. Обезьян с рыбьим хвостом не было.

Самир ЕфимовМеня это очень удивило и расстроило, я считал, что сообщество было нормально. Видимо, перекупили.

Станислав Дробышевский: «Техника» молодёжи давно уехала куда-то не туда. Когда я был маленький, школьником, мне этот журнал очень нравился, он был классный замечательный. Но уже в 2000-х годах, в начале, он уже уехал.

Самир Ефимов: Собственно, из вашего ответа по прямохождению напрашивается следующие вопросы. Какие признаки используют для определения прямохождения у ископаемых приматов? Как мы можем понять, что вон тот примитивный обезьян, а этот уже двуног и на четырёх конечностях не ходит? Когда человек полностью становится прямоходящим? И есть ли современные приматы помимо человека, которые более-менее, но могут ходить на двух ногах?

Станислав Дробышевский: Прямоходящих приматов, кроме человека, нет. Периодически ходит кто угодно, строго говоря: и макаки, и бонобо, и гиббоны, но это скорее вынуждены, когда им очень надо, и в руках что-нибудь тащат. Слишком специализированные руки.

Шимпанзе идёт на двух ногах

Лемуры сифаки прыгают на двух ножках, потому что не могут опираться, но это не прямохождение, это вынуждено. Так же ходит и медведь, и сурикат. Может, не настолько упорно они это делают, но всё же это не считается. А признаки зависят от того, что мы нашли. Прямохождение – это комплекс большой, он затрагивает всё что угодно в скелете, и поэтому пытаются найти по всем возможным элементам. Основание черепа: затылочное отверстие не сзади подходит к черепу, а снизу. Форма позвонков, кстати, не сильно меняется, неочевидно по позвонкам, прямоходящий или нет. Но если бы у нас был хоть один целый позвоночник, то по соотношению позвонков разных отделов: шейных, грудных, поясничных это прекрасно видно.

Крестец становится широкий низкий монолитный, сросшийся красиво. Грудина срастается – необязательно, у гориллы тоже срастается, но тем не менее. Руки тоже, но руки меняются в последнюю очередь, потому что если они потеряли опорную функцию, это не значит, что они тут же должны меняться. Даже у австралопитеков от проконсулов не слишком отличается, размер другой, а в принципе всё то же самое. Но опорная функция пропадает, новая добавляется. А самое очевидное – это таз и нога

Таз становится низкий, широкий и крайне специфичный, такого как у человека не ни у кого, длина с шириной меняются местами. И нога: коленный сустав меняется радикальным образом, тазобедренный тоже, шейка бедренной кости становится более вертикальная и головка становится выше большого вертела (что бы это ни значило). В коленках: у обезьян колени либо в сторону разведены, либо вертикально, а у нас таз широкий, коленки сходятся вниз, а берцовые кости, голени, идут строго вертикально вниз. Опять же, это не суперуниверсально, но на бедренные кости по углу мыщелков к диафизу это прекрасно видно. Собственно, так впервые было надёжно доказано прямохождение афарских австролопитеков. И стопа – самое очевидное. Своды стопы, большой палец приведённый, мизинец уменьшенный. И разные нюансы, строение пяточной и таранной костей. На удивление, строение таранной кости что у нас, что у пургаториуса одинаковое. Казалось бы, это самая мега-опора, но она всё такая же, не сильно поменялась. Тем не менее, наклон шейка, форма блока, пяточный бугор и всякая такая дребедень меняется. На мускулатуре это больше отражается, конечно, потому что теряется хватательная функция. К сожалению, на мускулатурах современных-то мы это видим, если стопу человека с шимпанзе будем сравнивать, а на древних [скелетах] мышцы не очень-то следы оставляют на костях. Они довольно слабенькие, и большая часть мышц крепится вообще куда-нибудь на связки, на суставные капсулы, хрящи, то есть на костях не особо может быть и следов. Но если есть большие мышцы, мы их видим. Но это детали. А в основном это стопа, перестаёт быть хватательной, становится опорной со сводами. Но при желании можно по любым другим высчитать, хоть по рёбрам.

Самир Ефимов: Благодарю за ответы. Пожалуй, пора закругляться, а потому постараюсь охватить самые интересные вопросы. За последнее время учёные нашли очень много костей наших предков. Самые интересные, по моему мнению, это всё-таки останки хоббитов.

Удивительно, что уже есть прогрессивные люди, и есть эти хоббиты. Интересны они тем, что некоторая часть учёных критикует идею о том, что это какой-то примитивный вид карликовых людей, высказывая идею о том, что это сапиенсы с микроцефалией. Другая часть учёных это отрицает. Тем не менее несмотря на противоречия в некоторых моментах, я очень часто слышу о том, что эволюция человека почти изучена

и белых пятен практически не осталось. Так ли это? Как вообще мы понимаем, что вот тот предок был больным, а этот был здоровым? Какие болезни прошлого нам известны? И какие ваши самые любимые и интересные находки в мире антропологии?

Станислав Дробышевский: Про больных хоббитов давно уже ничего не слышно. Идея, что это были микроцефалы, действительно была, и много статей на эту тему писали. Но идея затухла, когда нашли новые находки, гораздо более древние, в другом месте, и в самом Лианг Буа, где были первые находки, там тоже уже давно не один индивид.

Если бы это были микроцефалы, их было бы один-два. Но когда они жили сотни тысяч лет? Это уже ни в какие ворота не лезет! Тем более, на такие медицинские статьи всегда следовал чёткий ответ, что это не синдром Ларона, не недостаток витамина D или йода, не синдром Дауна, потому что – и долгий-долгий был занудный разбор. То есть сторонники островной карликовости тоже умны, и они аргументируют очень здорово. Кстати говоря, огромное количество медицинских вещей было поднято, которыми никто не заботился особо. То, что хоббиты – это экзотический вид – это точно. И это как раз радует. Это говорит, что не все белые пятна открыты и стали не белыми.

Homo luzonensis

Скорость открытия новых данных радует. Буквально год назад открыли homo luzonensis, про них были намеки, но как вид описали только что. Сейчас на подходе находки из Сулавеси из Талепу. Правда, там пока нет антропологии человеческой, но будет, потому что кости там есть, стоит копать, думаю, сейчас ведутся там раскопки.

Так что будут рано или поздно. Не может быть, чтобы на всём острове ни в одном месте кости не сохранились. Найдут. Это гарантирует ещё многие удивительные вещи, только с той поправкой, что это боковые ветки эволюции, а наша генеральная действительно уже более-менее чёткая. Тут уже мало что можно добавить. Начиная как минимум с проконсулов и до современности все основные моменты понятны. Детали не все очевидны. Момент спуска на землю ещё хотелось бы, ещё будет найдена целая куча ранних австролопитеков. Между сахелантропом и оррорином полмиллиона лет – три вида могут поместиться легко в этом интервале. У нас от сахелантропа один череп пока, три нижних челюсти, бедренная кость описана и две локтевые, только их не описали до сих пор. От орроринов есть горсть зубов, но хотелось бы больше. Детали точно будут проясняться. Хотя бы даже между австралопитеками и ранними хомо общая концепция ясная, и место, и время, и почему, и зачем, но от самых поздних грацильных австралопитеков с древность 2,9 млн. л. н. до первых стопроцентных рудольфенсисов 2,4 млн. л. н. есть, на всякий случай, полмиллиона лет. Там есть некоторое количество зубов, но по ним мало что можно сказать. За полмиллиона лет два вида поместятся легко, один вообще без проблем. Я ни разу не сомневаюсь, что в ближайшее время отроют новый черепок с древность 2,6 млн. и гордо назовут его новым названием, если только какие-нибудь объединительства не восторжествуют и не сольют всё в один вид вплоть до нас. Сейчас с толерантность модно соединяться всех от шимпанзе до нас в один вид.

Источник: https://www.bbc.com/russian/news-56988531?xtor=AL-73-%5Bpartner%5D-%5Bbbc.news.twitter%5D-%5Bheadline%5D-%5Brussian%5D-%5Bbizdev%5D-%5Bisapi%5D&at_campaign=64&at_custom4=290365DE-ADB3-11EB-88A4-5BA44744363C&at_custom1=%5Bpost+type%5D&at_medium=custom7&at_custom3=BBC+Russian&at_custom2=twitter

Формирование нашего вида, уже сапиенса, тоже сейчас всё большее вентилируется, буквально только что была статья про находку скелета, более того – погребения Панга-я-Саиди в Кении, там фрагментарно всё, конечно, ужасная сохранность. Конечно, анонсировали, что это самый древний сапиенс, 78 тыс. л. Но, честно говоря, он сомнительный сапиенс, потому что сохранилось немного, и по признакам не так чтобы он сапиенс.Это как раз и есть самое интересное. Мы точно знаем, что он предок, потому что дальше уже все правда сапиенсы,

до этого они все довольно-таки страшные, а вот этот интервал 100-150 тыс. л. н. – формирование нашего вида. Тоже хотелось бы поподробнее. Ну и сейчас хайповая тема –это вклад других видов. С неандертальцами всё понятно, сейчас с денисовцами разбираемся, а кто его знает, может, в Индонезии хоббиты какие-нибудь примешались? У нас от хоббитов-то нет ДНК, но с открытием новых хоббитов (были на Флоресе, теперь на Лусоне, на Сулавеси, и на Тиморе орудия есть), глядишь, у сапиенсов что-нибудь такое интересное найдут. Правда, в последнее время взялись за островные популяции. Там у островных сапиенсов ничего сверхэкзотичного нет, но, может, ещё генетики просто не особо знают, где искать. Когда им не с чем сравнить, они и не видят эту примесь. А когда у них будет образец этого хоббита, может, и у современных найдут. Такие приколы гарантированно будут. Иначе бы все забили на антропологию, и никто бы ею не занимался. Мы живём в чудесное время, когда общая концепция ясна, мы уже не по двум черепам ориентируемся, и можно нюансы, детали уточнять и, наконец-то, понять, почему это было. А это самое интересное.

Самир Ефимов: Большое спасибо за интервью! Было очень интересно! Очень понравилось. Хотел последнее упомянуть, как раз по генетике читал недавно статью, что научились с пещер древнюю ДНК из камня, отпечатки ДНК с камня забирать. Очень интересно, может, тоже получится?

Источник: https://theconversation.com/how-midnight-digs-at-a-holy-tibetan-cave-opened-a-window-to-prehistoric-humans-living-on-the-roof-of-the-world-148927

Станислав Дробышевский: С камня? Не уверен, честно говоря. Из почвы, из отложений пещерных – да. На камне шанса сохраниться мало. Но это так, чисто гипотетически по кальцитовым натёкам, но там среда, вода не очень способствует. Но вообще да, супер метод. Есть же бельгийская пещера, где костей не нашли, а ДНК неандертальцев – нашли. Это же праздник.

Самир Ефимов: Спасибо, очень рад был лично пообщаться.

Корнилова Ольга: Мне было очень интересно послушать. Могу я задать свой вопрос? Меня всё время смущает датировка. Если Африка, вероятно, на ней уже были приматы, которые были наши предками, то когда и как эти приматы попали в Юго-Восточную Азию? Уже после того, как Африка снова соединилась? Или они свою эволюцию проходили? И вообще, что происходило с Индией, когда она откололась от Гондваны – там были приматы?

Станислав Дробышевский: Она откололась в начале мезозоя, если не раньше. В Юрском периоде она уже точно плавала где-то отдельно, это факт. Там приматов не было как явления, там плацентарные только появлялась.

Источник: antropogenez.ru

Приматы появились самые достоверные 66 млн. л. н. в Северной Америке (хотя есть некоторые адаписы, которые в Индии в том числе, которые могут быть предками приматов, но с ними много проблем). Достоверные purgatorius – это Северная Америка, оттуда они расселились в Европу и в Азию, потому что периодически всё это соединялось. И уже довольно поздно, где-то в эоцене, они попадают в Африку. Туда они попали сильно позже, но Африка не была совсем изолированной. Всё время шёл обмен. Уже в самом конце эоцене, олигоцене, это 37-34 млн. л. н. движуха шла довольно бодренько. Есть афротарзиус, который найден в Северной Африке, Египте, а его родственники, не помню названия, — в Бирме. То есть между Бирмой и Северной Африкой всё время шло движение.

Там были промежуточные архипелаги, кто-то перемещался. Это видно, кстати говоря, не только по приматам, равным образом перемещались хоботные, гиены, кто угодно. Так что Африка – наша прародина на последних этапах, начиная с человекообразных обезьян, это последние 30 млн. лет. Это африканская история. А до этого ещё столько же – это не африканская история. Приматы как раз были не сильно подвижными, надо сказать, другие животные гораздо бодрее перемещались. Индия – хороший пример, она же действительно плавала до конца эоцена посреди моря, и при этом часть фауны там родственная материковым: и азиатским, и африканским, и европейским. Обмен фауной был.

Приматы в Индии известны, правда, фрагментарные, не особо достоверные. В самом конце эоцена, когда Индия ещё была отделена, в олигоцене, но это не странно, потому что она уже приплыла. Изоляция изоляцией, а движуха – движухой. В конце концов, приматы умудрились из Африки до Южной Америки через Атлантический океан приплыть, это всяко дальше, чем от Европы до Африки. И это видно по кому угодно: по копытным, хищникам, креодонтам, которые тоже везде и всюду. Часто один и тот же род одновременно и в Северной Америке, и в Европе, и в Азии. Проблема с Африкой, главным образом, в том, что она просто очень плохо изучена. В Северной Африке ещё были какие-то были исследования, но в Ливии, как вы понимаете, уже нет, в Восточной Африке – Кения, Танзания, Эфиопия [есть находки], и немножко в Южной Африке, но там с приматами всегда бедно было, кроме последних этапов. Самое интересное происходило в серединке, а там у нас ничего нет. Из Уганды есть, но она восточнее, из Анголы, но там несколько зубов. А что в самом центре, где движуха шла, мы вообще ничего не знаем.

Конец. Благодарим Вас за прочтение данной статьи, интервью было сложным, но очень интересным. Над конвертацией видеоитервью в текстовую статью и над дальнейшей её стилистической обработкой работала команда Наука | SciTeam в лице КсенииТимофеевой и Екатерины Тигры. Милые дамы искренне Вас благодарю за такой громадский труд, спасибо Вам за колосальную помощь.

Примечание

Материал принадлежит моему сообществу Фанерозой. Текст с вопросами и монтаж видео подготовил я. Видеовставку перед началом видео делала для нас наша Акари Аказа

Южноамериканские обезьяны изготавливают каменные отщепы, похожие на орудия древних гоминид

Чернополосые капуцины часто пользуются деревянными и каменными орудиями, в том числе для колки орехов и выкапывания корешков. Наблюдения за дикими капуцинами в национальном парке Серра-да-Капивара в Бразилии показали, что эти обезьяны любят колотить камнем по камню, производя отщепы с острыми краями и оббитые ядрища, неотличимые от примитивных орудий ископаемых гоминид. Смысл этого поведения неясен: получающиеся отщепы никогда не используются обезьянами и, по-видимому, вовсе их не интересуют. Открытие показало, что наличие подобных артефактов в археологических слоях еще не доказывает, что изготовившие их приматы занимались целенаправленным производством орудий для последующего использования.

Изготовление каменных орудий считается уникальной особенностью гоминид, которая, скорее всего, сыграла не последнюю роль в эволюции человеческого разума. Еще недавно на роль первого изготовителя острых каменных отщепов, использовавшихся для разделки туш и соскребания мяса с костей, уверенно претендовал Homo habilis, которого именно поэтому и назвали «человеком умелым». Но затем в Эфиопии были найдены орудия возрастом 2,5–2,6 млн лет — более древние, чем известные на тот момент костные остатки Homo habilis и других ранних Homo. В тех же слоях обнаружены кости животных с царапинами от орудий, так что эти изделия явно использовались по назначению. Их наиболее вероятными изготовителями считаются австралопитеки, такие как A. garhi (см.: S. Semaw et al., 2003. 2.6-Million-year-old stone tools and associated bones from OGS-6 and OGS-7, Gona, Afar, Ethiopia).

Впоследствии было показано, что первые Homo, возможно, появились уже 2,8 млн лет назад (см.: Человеческий род стал древнее и разнообразнее, «Элементы», 10.03.2015). Впрочем, начало использования острых камней для соскребания мяса тем временем отодвинулось еще дальше в прошлое — до 3,4 млн лет назад — благодаря находкам исцарапанных костей копытных в Дикике (Эфиопия) (см.: Люди охотились на крупную дичь уже 1,3 миллиона лет назад, «Элементы», 20.09.2010). Однако самих орудий там не нашли, и к тому же есть подозрение, что отметины на костях могли быть оставлены крокодильими зубами. Наконец, недавнее сенсационное открытие в Ломекви (Lomekwi, Кения) показало, что кто-то (скорее всего, A. afarensis) неумелой рукой производил очень примитивные, тяжелые каменные орудия уже 3,3 млн лет назад (см.: Древнейшие люди изготавливали орудия по-своему, «Элементы», 25.05.2015).

Современные обезьяны до сих пор не были замечены за целенаправленным раскалыванием камней, что и позволяло антропологам считать древние орудия, даже самые примитивные, надежным свидетельством интеллектуального прогресса гоминид. Правда, в некоторых сообществах шимпанзе (а также чернополосых капуцинов и макак-крабоедов) существует традиция колки орехов камнями. При этом камни-молотки иногда случайно раскалываются, а поскольку шимпанзе могут колоть орехи на одних и тех же местах тысячелетиями, это приводит к образованию настоящих археологических слоев с многочисленными каменными обломками (см.: Chimpanzee Archaeology — stone tools used by chimps from 4,300 years ago). Впрочем, археологи умеют отличать такие случайно расколовшиеся камни от результатов целенаправленного битья камнем о камень.

Сообщение британских и бразильских приматологов, опубликованное на сайте журнала Nature 19 октября, показывает, что систематические удары одним камнем о другой, приводящие к откалыванию острых обломков, все-таки не являются уникальной особенностью человеческой эволюционной линии.

Авторы наблюдали за дикой популяцией чернополосых капуцинов в национальном парке Серра-да-Капивара на востоке Бразилии. Этот вид обезьян славится своей сообразительностью и частым использованием деревянных и каменных орудий в естественных условиях (см.: A. C. de A. Moura & P. C. Lee, 2004. Capuchin Stone Tool Use in Caatinga Dry Forest). Камнями они не только колют орехи и разбивают другие съедобные предметы с жесткой или колючей оболочкой вроде кореньев или кактусов, но и стучат по деревьям (возможно, чтобы отпугивать хищников) и выкапывают корешки, что не свойственно другим обезьянам, за исключением отдельных особо одаренных человекообразных, выросших в обществе людей (см.: I. Roffman et al., 2012. Stone tool production and utilization by bonobo-chimpanzees (Pan paniscus)). Еще один очень трогательный способ использования камней в повседневной жизни капуцинов состоит в том, что самки этих обезьян, готовые к спариванию, швыряют камешки в самцов, чтобы обратить на себя внимание (см. видео и статью T. Falótico & E. B. Ottoni, 2013. Stone Throwing as a Sexual Display in Wild Female Bearded Capuchin Monkeys, Sapajus libidinosus).

Но это, как выяснилось, еще не все, на что способны дикие капуцины. Авторы пронаблюдали, как обезьяны приходят к скале из галечного конгломерата (рис. 1, a), берут камень и начинают с силой долбить по другому камню, вмурованному в конгломерат. «Наковальня» порой выбивается из конгломерата, после чего ее могут использовать уже в качестве молотка. Сам молоток нередко раскалывается, от него отлетают обломки различной формы, в том числе плоские отщепы с острыми краями, которыми вполне можно пользоваться как каменными ножами. Капуцины, однако, никогда этого не делают. Они вообще не проявляют интереса к обломкам — продуктам своей «каменной индустрии» (см. видео).

В чем смысл этого занятия, пока неясно. Обезьяны постоянно нюхают и облизывают то место наковальни, по которому бьют молотком. Авторы предполагают, что капуцины таким способом могут удовлетворять свою потребность в кремнии. Ничего более питательного в изученных камнях не обнаружено: это обычный кварцит. Можно, конечно, придумать и другие интерпретации. Может быть, обезьяны оттачивают навыки колки орехов или просто играют. Может, им нравится ощущение мелкой каменной крошки на языке или как язык прилипает к свежесколотому камню. Или же это «ритуализованное» поведение — бессмысленная, но и безвредная культурная традиция вроде обычая швырять камнями в деревья, обнаруженного недавно в некоторых сообществах шимпанзе (см.: У шимпанзе есть специальные деревья, в которые принято кидаться камнями, «Элементы», 09.03.2016).

Авторы собрали в местах «работы» капуцинов большую коллекцию каменных артефактов и детально их исследовали. Оказалось, что по всем признакам эти обломки практически неотличимы от наиболее примитивных каменных орудий, обнаруженных в Африке в районах проживания древних гоминид. В частности, присутствуют ядрища (нуклеусы), от которых однонаправленными ударами последовательно, раз за разом откалывались многочисленные отщепы с острыми краями — ничем не хуже тех, что использовались ранними Homo (рис. 2). Авторы уверены, что если бы эти артефакты были найдены в соответствующем археологическом контексте — например, в Африке в одном слое с костями австралопитеков, — их без малейших колебаний интерпретировали бы как каменные орудия, сознательно изготовленные для тех или иных практических целей.

Нетрудно заметить, что обсуждаемая статья является камешком в огород Сони Харманд и ее коллег, недавно описавших примитивные каменные орудия из Ломекви возрастом 3,3 млн лет (см.: Древнейшие люди изготавливали орудия по-своему, «Элементы», 25.05.2015). На орудиях из Ломекви имеются следы ударов, которые не привели к той цели, которую предположительно преследовали древние каменотесы: к отделению отщепа. Харманд и ее соавторы трактуют это как свидетельство неуклюжести первобытных мастеров, которым трудно было наносить точные удары, возможно, по причине слабого развития премоторных и моторных отделов коры у австралопитеков по сравнению с Homo. На «изделиях» капуцинов из Серра-да-Капивара присутствуют точно такие же отметины. Но только в случае капуцинов дело не в неловкости мастера, а в том, что он вовсе не хотел изготавливать никаких отщепов. Он просто знай себе долбил камнем о камень, а отщепы получались как побочный и бесполезный продукт этого увлекательного занятия.

На орудиях из Ломекви нет следов использования; кости животных с царапинами от каменных орудий поблизости тоже не обнаружены. Возможно, новые находки подтвердят, что эти орудия для чего-то использовались. Но теперь мы знаем, что не исключен и альтернативный вариант. Может быть, у ископаемых африканских гоминид раскалывание камней поначалу было такой же странной культурной традицией, забавой, ритуалом или прихотью, как у шимпанзе, швыряющих камни в деревья, или у капуцинов, которым нравится колотить камнем о камень непонятно зачем. Лишь много позже какой-то догадливый австралопитек сообразил, что острые обломки можно употребить для дела, а другие стали ему подражать. Бесспорные свидетельства производства каменных орудий в сочетании со следами их использования для соскребания мяса с костей в археологической летописи гоминид начинаются лишь 2,6 млн лет назад — на 0,7 млн лет позже времени изготовления орудий из Ломекви.

Источник: Tomos Proffitt, Lydia V. Luncz, Tiago Falótico, Eduardo B. Ottoni, Ignacio de la Torre & Michael Haslam. Wild monkeys flake stone tools // Nature. Published online 19 October 2016.

См. также об использовании обезьянами каменных орудий:
1) У шимпанзе есть специальные деревья, в которые принято кидаться камнями, «Элементы», 09.03.2016.
2) Чтобы стать людьми, обезьянам не хватает рабочей памяти, «Элементы», 25.12.2008.

О древнейших каменных орудиях гоминид:
1) Люди охотились на крупную дичь уже 1,3 миллиона лет назад, «Элементы», 20.09.2010.
2) Древнейшие орудия труда изготавливали предки человека умелого, «Элементы», 25.04.2015.
3) Древнейшие люди изготавливали орудия по-своему, «Элементы», 25.05.2015.

Александр Марков

Пазл с чилийскими обезьянами – SequoiaTrees.com

О чилийской головоломке с обезьянами

Араукария араукана (обычно называемая чилийским деревом-головоломкой обезьяны, деревом хвоста обезьяны, чилийской сосной или пехуэном) — вечнозеленое дерево, произрастающее в центральной и южной частях Чили и западной Аргентине. В Андах эти любопытные деревья вырастают до высоты 130 футов при диаметре 5 футов и могут жить более 1000 лет. Самый выносливый вид из рода хвойных Араукария , его часто называют живым ископаемым.

Chilean Monkey Puzzle Деревья хорошо известны своей симметричной формой, чешуйчатыми листьями и ветвями рептилий. Листья толстые, жесткие, чешуйчатые и треугольные, размером 1,2–1,6 дюйма в длину и 0,39–1,18 дюйма в ширину у основания, с острыми краями и кончиками. Они сохраняются в течение 10–15 лет и более и покрывают большую часть дерева, за исключением старых ветвей.

Эти деревья обычно двудомные, то есть мужские и женские шишки растут на разных деревьях, хотя отдельные особи иногда несут шишки обоих полов.Мужские (пыльцевые) шишки продолговатые и имеют форму огурца, сначала 1,6 дюйма в длину, затем расширяются до 3,1–4,7 дюйма в длину и 2–2,4 дюйма в ширину во время высвобождения пыльцы. Они опыляются ветром. Женские (семенные) шишки, которые созревают осенью примерно через 18 месяцев после опыления, имеют шаровидную форму, большие, 4,7–7,9 дюймов в диаметре и содержат около 200 семян каждая. Шишки распадаются по мере созревания, высвобождая ореховидные семена длиной 1,2–1,6 дюйма.

В 2013 году Международный союз охраны природы и природных ресурсов (МСОП) присвоил этому дереву статус исчезающего вида из-за продолжающегося сокращения фактической площади обитания этого вида и изнурительных факторов, таких как пожар, вырубка леса и чрезмерный выпас скота.Помогите нам посадить эти замечательные деревья!


О рассаде Джонстина

Все наши деревья выращены из семян в нашем питомнике на побережье Редвуд в Калифорнии, который ежемесячно проверяется и лицензируется Департаментом сельского хозяйства Калифорнии. Деревья могут обеспечить естественный барьер от сильных ветров, температур, шумового загрязнения и эрозии почвы, при этом улучшая местное качество воздуха, дикую природу и ценности собственности — саженец Джонстин будет только расти в цене и красоте!


О 100% гарантии Jonsteen

Мы гарантируем, что все наши деревья будут доставлены здоровыми и в хорошем состоянии.Если ваше дерево погибнет, несмотря на ваши честные усилия, мы будем рады заменить его саженцем небольшого размера всего за стоимость доставки / обработки (обычно около 5 долларов США). Вы можете узнать больше о нашей гарантии и политике замены деревьев здесь.

 

Таблица размеров рассады: средний

Из-за динамического характера активно растущих деревьев, а также из-за огромных различий в темпах роста между видами мы полагаемся на кубический объем корневой массы саженца для определения его «размера» (маленький/средний/большой/XL).В пределах каждого размера есть небольшая разница — размеры, представленные здесь, представляют минимум категории. Если необходимы точные размеры, пожалуйста, свяжитесь с нами по поводу текущих запасов.

Жаргонное определение: что такое древесная обезьяна?

1.

Уничижительный термин для филиппинца, пине или пиной. Это настоящий термин, который редко используется лично — первоначально он относится к тому факту, что еще 500 лет назад они все еще были нецивилизованными жителями джунглей, высшей эволюцией которых было использование домов на деревьях (на деревьях, конечно).

Сегодня иностранцы используют его как удар по тому, как гордятся филиппинцы своим предположением, что они обладают каким-либо реальным интеллектом, потому что они думали, что могут отправлять текстовые сообщения и создавать учетные записи Yahoo. Если они когда-либо увидят что-то клеветническое по отношению к их самомнительному складу ума, они заручатся помощью всех 1000 грамотных филиппинцев, чтобы спамить этот сайт.

В частности, они наводняют туристические сайты поддельными отзывами о туризме и рассказывают о важности своих медсестер, которых нанимают только для того, чтобы обойти законы о минимальной заработной плате, а не за их навыки.Они дают дипломы медсестер подросткам, которые несут исключительную ответственность за распространение вируса h2N1 на Ближнем Востоке.

Несмотря на то, что они являются рекордсменами по количеству невест по почте и номеру 2 по проституции, они забанили Алека Болдуина за комментарий, который он сделал на американском ток-шоу в американском штате.

Одним из величайших оскорблений для филиппинских женщин является то, что они называют их «глупыми», какими они явно являются по любым мировым стандартам образования или даже по здравому смыслу. Они понятия не имеют, даже когда объясняют простыми словами, что все просто смотрят на них и улыбаются, как когда взрослому приходится слушать плохо информированного старшеклассника, разглагольствующего о социальной несправедливости.

Эти предыдущие комментарии используются, чтобы проиллюстрировать их жалкое состояние как полуцивилизованных людей, которые думают, что они равны, когда это не более чем комплекс неполноценности — поэтому иностранцы используют Древесную Обезьяну, чтобы резюмировать все это как «туземцы не возьми’.

1st World #1: Она искренне считает, что можно указать «дизайн веб-сайта» и «ASP» в своем резюме, потому что ее блог на бесплатном хостинге использует это как часть своих конструкторов. Она думает, что манипулирование несколькими строками PHP в wordpress делает ее «программистом».

1-й Мир #2: черт возьми, гребаная древесная обезьяна

См. филиппинский, пинэ, пиной, филиппины, глупый, третий мир

2.

Женщина сомнительной внешности… Включая, но не ограничиваясь, любой из следующих проблем с лицом/телом; волосы в области лица более характерны для мужского пола, длиннее среднего размаха крыльев, волосы на пояснице и т. д.

Черт, чувак, ты ведь не пошел домой с этой волосатой древесной обезьяной прошлой ночью, не так ли?

Увидеть уродливую, уродливую, болотную суку, жирную, волосатую

Плод, похожий на мозг обезьяны — Парки метро

АНДРЕА КРАВА, натуралист Блендон Вудс

Плод осейджского апельсина, также называемый хедж-яблоком и мозгом обезьяны.(Андреа Крава)

Апельсиновые деревья осейдж не являются родными для Огайо, но они прибыли сюда в большом количестве в 1800-х годах, в основном привезенные поселенцами. У них растут толстые стволы с колючими ветвями, которые идеально подходят для создания естественной ограды вокруг ранних ферм и владений. Мой муж хорошо знает шипы, так как они тыкают и царапают его, когда косят газон на нашем участке площадью 1,5 акра, который раньше был в конце фермы длиной в полмили в начале 1900-х годов. Эти деревья также были очень эффективны в качестве защиты от ветра на ранних фермах, а их корни удерживали почву на месте.

В парке метро Slate Run

есть одно из самых больших апельсиновых деревьев осейджей в Огайо, на тропе Боболинк, рядом с террасой, с которой открывается вид на заболоченные земли. Древесина осейджского апельсинового дерева прочнее дуба, и из нее изготавливаются отличные столбы забора, ручки для инструментов и многое другое. Древесина также противостоит гниению, что делает деревья довольно долговечными. Они могут достигать высоты более 40 футов.

Апельсиновое дерево осейдж на Слейт-Ран. (Кристен Вондервиш)

У нас много апельсиновых деревьев осейджей вдоль северной и западной сторон нашего дома.Плоды появляются на женских деревьях и начинают падать на землю уже в сентябре. Из-за своего размера и веса плоды доставляют массу неудобств на пути через лабиринт ветвей и листьев. После падения они постепенно меняют цвет с зеленовато-зеленого на тускло-коричневый. Иногда мы собираем их, чтобы подарить нашим родственникам, которые считают, что они отпугивают пауков в своих подвалах или на чердаках.

Мы никогда не видели, чтобы животные ели апельсины осейджей. Большинство животных не хотят бороться с липким млечным соком, содержащимся в плодах и ветвях (подумайте о «молоке», которое получают из молочая, только желто-зеленого, а не белого цвета).Тем не менее, я читал, что белки пытались вгрызаться в фрукты, так что внутри должно быть что-то вкусное.

Так как так мало животных едят плоды, и они не используются в коммерческих целях, они просто гниют на земле, распространяя свои семена, чтобы вырастить больше апельсиновых деревьев Осейдж.

Деревья получили свое название от индейцев осейджей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.